Еще пару лет назад президент Молдовы Майя Санду, несмотря на свою откровенную прозападность, казалась политиком более сдержанным и ответственным, чем её украинские коллеги. По крайней мере, она не начала свое президентство с попытки разрубить старый приднестровский узел, к чему подталкивали ее многочисленные мелкие авантюристы с паспортами Евросоюза.
Но с нынешним углублением украинского кризиса быстро растет давление извне и изнутри, в результате чего мелкие зависимые страны должны делать свой выбор. Точнее, руководство этих стран, с главной целью – удержанием власти, стремится поскорее сделать ставку на ближайшего и более сильного игрока, который, благодаря за верность и услужливость, хотя бы на время не даст их в обиду.
Когда стало понятно, что в течение короткого времени проблема урегулирования конфликта на Украине не решится, большая часть обозревателей смотрела на более заметную и политически активную часть НАТОвских соседей – Польшу, которая в это время шла по пути обострения отношений с Беларусью. На этом фоне южный участок конфликтной зоны – от Приднестровья до Румынии – достаточно долго выглядел если не более предсказуемым, то более спокойным.
В последние недели это видимое спокойствие закончилось. Румыния, исторически конкурировавшая с независимой Украиной за право возглавить с конца европейский рейтинг бедности, войдя в Евросоюз и НАТО, осталась далека от обещанного экономического процветания. Кроме того, в рамках нового распределения обязанностей и функций, в добавку к старым проблемам, она получила множество новых, неразрешимых, – в странах бедной южной периферии Евросоюза. Совершенно понятно, что более активная проевропейская и пронатовская политика Румынии смогла бы на радость ее элитам активировать большую экономическую помощь богатых стран Запада. В то же время любое патриотическое сплочение населения против внешней угрозы всегда позитивно складывается на рейтингах политиков.
Почти одновременно пришло несколько новостей, оказавшихся для многих сюрпризом. Румынский сенатор Диана Шашоакэ неожиданно представила на рассмотрение парламента законопроект, который предполагает «прекращение Договора о добрососедстве и сотрудничестве между Румынией и Украиной». Суть этого проекта – в аннексии военным путём территорий Северной Буковины, части Черновицкой области, Бессарабии и острова Змеиный. Совершенно понятно, что если украинская армия в ходе нынешних боевых действий ослабнет и потеряет контроль над ситуацией, на запад страны могут войти польские войска. Причем по крайней мере часть польской власти и общества обязательно вспомнят о временах, когда эта часть Украины являлась польской территорией. Предвидя эту же ситуацию, по крайней мере часть румынских политиков постарается не отстать от поляков. И, если введение войск на Украину окажется достаточно безопасным мероприятием, стать героями-завоевателями новых земель захотели бы многие, причем опять же не столько из патриотизма, сколько из потребностей внутреннего электорального рейтинга.
В это же время «умеренная» Майя Санду заявляет, что молдавского языка больше нет, и что все население республики – часть великой и древней румынской культуры. В отличие от поведения румынских политиков, действия румынских властей направлены исключительно вовне. Это четкий сигнал НАТО о готовности влиться в состав одной из ее стран, не дожидаясь, примут ли, когда и на каких условиях, мало кому интересную в этот момент на Западе Молдову, которую всегда будет выгоднее без рисков использовать против России в качестве дополнительного европейского пушечного мяса.
В результате мы видим, что вместо единого фронта НАТО, выстраивается целый калейдоскоп локальных местечковых междоусобиц, в которых все готовы жертвовать интересами всех, бить в спину вчерашних друзей и союзников, проявляя настоящие чудеса военного и политического оппортунизма. С точки зрения единой стратегии военно-политического альянса, подчиненного США, подобная самодеятельность должна немедленно пресекаться. Но трудно сказать, каковы сегодня рычаги Вашингтона для этого, и нет ли там опасений, что любое давление на союзников, в такой деликатный момент, может привести к большей социальной нестабильности, что еще сильнее ослабит Евросоюз, который уже давно начал трещать по швам.
Мелкий масштаб большинства сегодняшних европейских политиков, их неумение отличать конъюнктурные цели от стратегических задач, и характерная для всех временщиков готовность в любой момент погрязнуть во второстепенном – одинаково плохо для всех заинтересованных сторон, и прежде всего – для народов Европы. Еще никогда в человеческой истории столько власти, включая военную и ядерную, не было так сконцентрировано в настолько безответственных руках. Европой и миром сегодня пытаются править люди с менталитетом средневековых героев времен князя Дракулы, который наверняка ждет их сейчас у себя по ночам в каком-то из румынских замков.
