Точка невозврата, пройденная Украиной в 2014 году, стала логичным и неизбежным последствием процесса нацификации, начатого ее властями гораздо раньше.
Имена его первых героев — академик Иван Курас, основатель и директор Института политических и этнонациональных исследований, созданного в 1997 г., и директор Института истории Украины академик Валерий Смолий. Именно с их научной подачи, в угоду новой власти, начался политический дрейф Украины от России в сторону Европы.
Правда, чуть ранее этого, 8 сентября 1992 г., газета Одесского военного округа «Слава и честь» в 169 номере начала публикацию серии материалов об Украинской повстанческой армии. Первый назывался «Образование УПА — историческая закономерность многовековой борьбы украинского народа за собственную государственность».
Поколение первых постсоветских украинских националистов опиралось на книгу известного российского искусствоведа-политэмигранта Игоря Голомштока «Тоталитарное искусство», вышедшую в Москве в 1994 г., в ней автор уравнивал нацизм и социализм, как «разновидности тоталитаризма». Украинские идеологи добавили к этому идею тождества «немецкой и советской оккупации» и, соответственно, равенства между Гитлером и Сталиным, а чуть позднее и законодательно — фашизма и коммунизма.
Могу представить, что имена первых украинских историков, с заслуженным советским прошлым, мало у кого ассоциируются с украинским национализмом, обладающим массой кандидатов на куда более яркое и фольклорное представительство, но описываемая проблема совершенно в другом. Именно они использовались дрейфовавшим к рифам фашизма кораблем украинской государственности как одно из доказательств его «демократичности». Эти образованные заслуженные люди не могли не видеть, как кокетничает власть с нацистами, будучи заинтересованной в единственном — создании благоприятной конъюнктуры для перевыборов президента, поскольку его небольшой харизмы хватало только на выигрыш у откровенных нацистов. Дряблая коррумпированная власть Януковича сама себя переиграла, открыв калитку молодому идеологизированному хищнику, о котором обезумевшие зрители знали только то, что «они не нацисты, а националисты». Ответственность открывших калитку огромна: они не могли не понимать, с кем имеют дело и чем рискуют, но иллюзия на сохранение власти и удержание личных привилегий, как обычно, оказалась для них важнее.
Если логику и стремления откровенных националистов, являвшихся меньшинством в украинской политике, можно понять, то пассивность деидеологизированного политического большинства, нацеленного исключительно на защиту своего места у корыта, объяснить невозможно. И при любых попытках объяснений, невинных жертв из них никак не получается, наоборот, каждое новое обстоятельство оказывается отягчающим.
Курас и Смолий, именно в силу своей компетентности в вопросах политики и истории, оказались пассивными сообщниками разрушителей собственной страны, когда под любимым лозунгом тогдашней власти «Украина — не Россия», по безотказным западным рецептам, испытанным на всем остальном «третьем мире», начался процесс превращения ее в беднейшую страну Европы. Для получения нужного результата — податливой народной массы, готовой добровольно и гордо превратиться в пушечное мясо, — население надо было загнать в бедность и постоянный стресс, чтобы потом СМИ доделали свое дело. Как перед успешным сеансом гипноза, пациенту рекомендуется подольше не спать и поменьше есть, — народы целых стран подобными методами готовятся к роли послушных заложников.
Именно в годы этих «неантироссийских» политиков у руля украинской власти, ею начало организовываться регулярное ежегодное шоу оплакивания «жертв Голодомора». Реальная историческая трагедия, жертвой которой стали не только украинцы, не только на территории УССР и причин у которой было несколько, оказалась превращена властью в настоящий праздник антикоммунизма и ненависти к России, а кроме этого — в любимое алиби своих прошлых и будущих преступлений. Никто из них никогда не признает, что число жертв экономических реформ постсоветских либералов у власти в разы превышает количество жертв сталинских репрессий.
Прекрасно понимая, что у нынешней драмы в сердце Европы нет сослагательного наклонения, очень важно извлекать уроки на будущее. Уроки недоверия к телеэкранам и всяческим авторитетам, всегда готовым вести за собой публику на заклание.
И если история человечества на нас не прекратится и когда-нибудь заинтересуется интеллектуальными авторами сегодняшней украинской трагедии — пусть вспомнит некоторые светлые лица нашей интеллигенции, указавшей правильную дорогу в ад.
