Белый дом хочет, чтобы Киев перешёл от наступательной стратегии к обороне.
«Послание об этом советник Байдена передаст Зеленскому на форуме в Давосе», — пишет колумнист Блумберга Андреас Клут.
Причина — разочарование от провала контрнаступления и большие потери. По оценке Клута, Зеленский понимает смысл такого решения, но слышать о нём ему бы не хотелось.
Может, Зеленскому и не хотелось бы слышать, но поле боя, о котором говорил Боррель, диктует свои условия. Они просты и понятны: Украина не смогла реализовать стратегический план наступления, разработанный западными военными специалистами, и достичь поставленных целей. При этом российская сторона смогла не просто выстроить эффективную линию обороны, но и выиграть время для подготовки своего наступления.
Риск такого наступления очень велик, и западные военные эксперты об этом уже говорят открыто. Причём оно может быть сразу в нескольких направлениях, что для украинской армии станет серьёзным вызовом, на который ответить будет просто нечем. Мы видим, как Украина выстраивает оборонительные сооружения и минирует белорусское направление границы, и ничего подобного мы не наблюдаем на других направлениях. Видимо, военное руководство Украины считает белорусское направление наиболее перспективным для наступательной операции России. Будет такое наступление или нет? Скорее да, но Украине придётся приложить немало организационных усилий и найти необходимый финансовый ресурс для полноценной реализации стратегии эффективной обороны.
Но главное, чего точно нет у Украины, — время, чтобы реализовать эту стратегию. На строительство оборонительных сооружений российским военным потребовалось около восьми месяцев. Это при том, что не было проблем с финансированием и организационным ресурсом. Чтобы это сделать, на протяжении всего этого времени им пришлось вести кровопролитные бои за Бахмут и постоянно оттягивать на это направление украинские войска. Говоря о переходе к стратегии обороны, нужно понимать, что это потребует огромных финансовых ресурсов, которых нет, и западные партнеры не спешат их выделять. Проект «успешное наступление Украины» был интересен Западу. Но этот проект закрыт, и реанимировать его невозможно. А проект «эффективная оборона Украины» мало кому интересен, и желающих вложиться финансово найти будет очень сложно. Думаю, что успех российской армии в ближайшие месяцы на поле боя и начало успешного наступления спровоцируют мирные инициативы от западных кураторов Украины. Белый флаг и переговоры будут настоятельно требовать те, кто ещё недавно был уверен в своей стратегии поражения России. Нужны ли будут переговоры при таком раскладе России, не знаю, но она устами президента никогда от них не отказывалась. Но, если даже они станут возможными, для бескомпромиссного Зеленского сам факт переговоров будет политическим поражением и крахом его режима. Хотя я уверен, что за одним столом мы уже никогда не увидим Путина и Зеленского.
Поэтому те, кто говорит о переговорах, забывают, что ещё нужно создать условия. Украина уже не будет за столом переговоров. Она окажется на столе, и ее судьбу будут решать ключевые политические игроки. Этот год решит исход войны. Очевидно, итог будет совсем не такой, на который рассчитывали те, кто прямо или опосредованно принимал участие в разжигании конфликта.
Спиридон Килинкаров, политик, участник Движения «Другая Украина»
