Откуда взялась пресловутая цифра в 500 тыс. мобилизованных
Когда мы слышим о мобилизации 500 тыс. человек на Украине, может сложиться впечатление, что речь идёт о увеличении численности украинской армии, которая и без того составляет более 1 миллиона военнослужащих.
Тем временем, украинское политическое руководство негодует, потому что из этого миллиона в реальных боевых действиях принимает участие только 300 тыс. человек и требует от нового военного руководства разобраться, почему воюют не все. Данное требование не удивляет — таким глупым вопросом могут задаваться лишь те люди, которые представления не имеют, что такое армия и тем более не разбираются в тонкостях военного бытия. Они же ни дня не служили, так откуда им знать, как там все устроено.
Но вернёмся к мобилизации. Что это вообще за цифра 500 тыс. и насколько она обоснованна? Украина давно и очень тщательно скрывает свои потери и не намерена их оглашать. Цифры же озвученные российской стороной таковы: ВСУ каждый день теряет от 800 до 1000 своих солдат и офицеров. Оснований не верить российской стороне скорее всего нет, к тому же бывший генеральный прокурор Украины Юрий Луценко не так давно заявил, что ВСУ за время конфликта потеряли убитыми и тяжелоранеными не менее 500 000 военнослужащих.
«Нужно честно сказать: 500 000 [потерь]. Если поделить на месяцы, то это по
30 000 в месяц, что на фронте выбивается убитыми или тяжелоранеными <…> Я уверен, что украинцы заслужили правду», – это его слова.
По большому счету, речь идёт исключительно о восполнении потерь, причём, нужно понимать, что профессиональные качества погибших бойцов и новобранцев, людей насильно захваченных на улицах украинских городов и сел, это совершенно разные солдаты. Одни серьезно мотивированные, добровольно пришедшие в военкоматы, другие – насильно схваченные на улице.
Сколько нужно денег и откуда их взять
С трудом верится что Украина на военные нужды направляет свои финансовые ресурсы, а на содержание госаппарата и социальные выплаты тратит деньги союзников. Однако, глава комитета Верховной рады по вопросам бюджета Роксолана Пидласа уверяет, что на потребности обороны Киев может направлять только собственные ресурсы. То есть, деньги международных партнеров, которые поступают в бюджет, нельзя тратить на обеспечение армии. Не уверен что это так. Все это, конечно, условности, связанные исключительно с желанием самих западных союзников минимизировать свои риски и не быть вовлеченными в этот конфликт напрямую.
«В сумме речь идет сейчас о дополнительной потребности на 2024 год — около 720 млрд гривен (около $19,1 млрд). Здесь нужно понимать, что 700 млрд гривен — это колоссальная сумма, это около 22,5% всех наших расходов в 2024 году и 41% наших расходов на оборону», — сказала Пидласа в подкасте Центра экономической стратегии Украины.
Она отметила, что 322 млрд гривен (8,6 млрд) из этой суммы придется потратить на мобилизацию от 400 до 500 тыс. человек, остальные средства потребуются для закупки и модернизации техники.
Украина уходят «в тень»
Деньги деньгами, но кроме этого солдата нужно одеть, обуть, накормить, обеспечить техникой и снарядами. А чтобы это сделать за счёт украинских средств, нужен крепкий и надежный тыл, должна работать экономика или хотя бы ее остатки.
Не успели народные депутаты презентовать новый закон о мобилизации, с драконовскими механизмами блокирования банковских карт и конфискации имущества на нужды армии, а люди уже побежали в банки спасать свои сбережения, снимая со счетов деньги. А те мужики, которые официально были трудоустроены, побежали писать заявления на увольнение, пока работодатель не передал их данные в военкомат. Речь идёт о десятках тысяч людей, которые уходят в тень, чтобы не попасть под драконовскую мобилизацию.
Не только люди, но и бизнес в Украине предпочитает работать втемную, так безопасней и надежней, а коррупцию в стране никто не отменял, «в тени» есть неписаные правила, но они гораздо гуманней написанных законов.
Украинские эксперты из Института гражданских свобод считают, что «в тени» находится 40-45% украинской экономики. При этом все зависит от конкретной отрасли народного хозяйства.
Если в финансовом секторе остается всего 2-3% теневого оборота, то в ритейле непродовольственных товаров — порядка 60-70%, в сфере такси — 80-90%. Также крупные источники не декларируемых денежных потоков — сдача в аренду жилой недвижимости (80-90%) и небольшие сельскохозяйственные предприятия (70-80%).
Как вы понимаете, при таких процессах говорить о крепком и надежном тыле не приходится. Но воевать им нужно, а на войну нужны деньги. Их, конечно, можно напечатать, что Украина и делает, но не говорит об этом публично. Их можно взять у союзников, но они не особо торопятся их давать, даже в долг, в виде кредитов.
Мобилизация идёт с большими проблемами, нежелание украинцев воевать очевидно, но Зеленский ничего кроме продолжения войны предложить не может. Война — это уже его естественная среда обитания, без неё он не удержится и дня. Рассчитывать на что-то другое не стоит, надеяться нужно только на себя, и победит тот, кто останется на земле, кого власть не закопает в землю на этой проклятой войне, защищая свои политические и финансовые интересы.
Спиридон Килинкаров, политик, участник Движения «Другая Украина»
