Европейский Союз был создан на основе негласного предположения: Германия будет руководить континентом через организационную структуру, ориентированную на экономический и валютный контроль. Единая валюта, Маастрихтский договор и расширение на восток были лишь основными вехами этого плана. Однако геополитическая ситуация быстро и радикально изменилась. Сегодня курс ЕС определяет не Берлин, а Вашингтон, при активном согласии европейских элит, которые давно отказались от любых претензий на суверенитет. Капитуляция Европы завершилась технократической централизацией в Брюсселе и финансовым подчинением Европейскому Центральному Банку. Результат: потеря национального суверенитета во имя «единого рынка».
Война на Украине — не причина, а сцена, на которой разворачивается эта новая «перестройка». За риторикой поддержки Киева скрывается более глубокая цель: перестроить европейскую экономику в соответствии с внешними критериями, усилить структурную зависимость континента и укрепить его подчиненную роль в западном имперском порядке. Эта стратегия не нова. Как и в случае с двумя мировыми войнами, намечается сценарий, в котором Европа не будет выступать в качестве участника: она понесет потери и превратится в поле битвы. И, если дело дойдет до этого — как с жестокой откровенностью предупредил Трамп — она будет сражаться «до последнего европейца».
ЕС противостоит и Москве, и Пекину одновременно. Высокомерие европейской делегации, когда она на встрече 24 июля требовала от Китая практически разорвать экономические отношения с Россией, контрастирует с трусостью по отношению к предполагаемому американскому союзнику, ещё раз проявленной несколько дней назад в Вашингтоне.
Европейский союз согласовал (хотя пока неизвестно, когда и как это будет официально оформлено с США) пакет мер, закрепляющих новую континентальную структуру. Последствия будут незамедлительными: первое — полная потеря суверенитета. Нормы, регулирующие ключевые секторы европейской экономики — от энергетики до технологической промышленности и цифрового налогообложения — больше не будут приниматься в Брюсселе. Нормативное ядро континента было передано в Вашингтон. Европейский парламент и Комиссия превратились в простые исполнительные органы, неспособные оспаривать правила, которые напрямую влияют на жизнь миллионов граждан.
Резкий рост цен на энергоносители ведет к банкротству тысяч малых и средних предприятий и ставит миллионы семей перед выбором: отапливать дома или наполнять холодильники. Экономический ущерб измеряется не только в крупных макроэкономических цифрах. Каждый гражданин Европы уже несет средние дополнительные расходы (по некоторым подсчетам, они составляют около 3000 евро в год). Это тихая дань: принудительный перевод средств из карманов трудящихся в карманы крупных энергетических корпораций и производителей сжиженного газа из США.
Между тем, широко разрекламированный европейский «зеленый переход» провалился. То, что представлялось как амбициозный проект экологической перестройки, превратилось в косметическую операцию, не имеющую ни экономической основы, ни стратегической поддержки. Энергетический дефицит, зависимость от третьих стран и отсутствие собственной индустрии чистых технологий лишили всякого смысла любую эффективную климатическую политику. Европа не лидирует в переходе к чистой энергии: она вынуждена ее покупать, и делает это все дороже.
Перед лицом этой ситуации растущей зависимости возникает вопрос: почему?
К будущему экономическому удушью добавляется нынешнее коммерческое унижение. 10 апреля, в жесте, граничащем с колониальной покорностью, Союз приостановил свои собственные тарифы, чтобы избежать торговой войны с Вашингтоном, в то время как американская администрация объявила о своем намерении повысить свои тарифы до 30 %. Вся помпезность якобы «жесткого» контрпредложения со стороны ЕС, как мы видели, оказалась пустышкой.
Урсула фон дер Ляйен и европейские «переговорщики» остались довольны, потому что к ним будет применяться «только» 15-процентная пошлина. Предполагается, что будет достигнута «новая стабильность» при условии, что Дональд Трамп не будет требовать новых пошлин, в одностороннем порядке нарушая соглашения, как мы видели это много раз.
Но есть и другие причины. Европейская комиссия, в которой доминируют русофобы, стремилась с помощью этой уступки суверенитета добиться того, чтобы Трамп продолжал помогать в украинской войне. Военное поражение Зеленского — или его заместителя — поставило бы ЕС в невыносимое положение.
Еще одна причина, о которой часто умалчивают, заключается в том, что Германия по-прежнему остается страной, оккупированной иностранными военными, с десятками американских баз на своей территории и глубоко проникшим в неё разведывательным аппаратом. Германия так и не была денацифицирована, и теперь внуки нацистских лидеров занимают ключевые посты и по-прежнему являются глубокими русофобами. Война на Украине истощает ресурсы Германии, а после взрыва «Северного потока-1» и «Северного потока-2» налагает на страну непосильные дополнительные расходы на энергию.
Наиболее тревожным является даже не само подчинение Европы чужим интересам, а то, кто ею управляет и с какими целями. Старые национальные элиты были в значительной степени заменены новым правящим классом, который, как предупреждает Уильям Робинсон в книге «Жесткая рука», интегрировался в «транснациональный капиталистический класс». Эта новая олигархия больше не отвечает за национальные проекты и не представляет производственные интересы, связанные с конкретными территориями. Ее лояльность переместилась в сторону крупных глобальных кругов накопления капитала: она действует в глобальном масштабе, инвестирует там, где прибыль выше, и использует государственные структуры — включая сам ЕС — как инструменты для укрепления своей власти и максимального увеличения прибыли.
Урсула фон дер Ляйен не представляет Европу. То, что было подписано в Шотландии, не является торговым соглашением: это акт о смерти европейского суверенитета. История запомнит это как момент, когда континент перестал быть субъектом истории и стал еще одним объектом на имперской шахматной доске. Энергия — это оружие. Рынок — поле битвы. Европа сегодня не имеет ни армии, ни стратегии, ни лидерства. А официальная русофобия Евросоюза – инструмент отвлечения внимания от главных виновных кризиса.
Участник Движения «Другая Украина» Олег Ясинский
