Украинская политика стала политикой замкнутого круга. Об этом в своей новой статье, опубликованной изданием «Ведомости», пишет заместитель председателя Движения «Другая Украина» Олег Волошин.
Похороны заметных политических фигур для внимательных наблюдателей нередко становились поводом для выводов и прогнозов. Сколько раз историки обращались к легендарному собранию монархов в Лондоне в 1910 году на прощании с почившим Эдуардом VII. Съехались двенадцать коронованных особ, девять из которых приходились друг другу родственниками, что не помешало им через четыре года ввергнуть Старый Свет в пучину невиданной доселе бойни.
Прошедшие недавно во Львове похороны бывшего спикера Верховной Рады Украины Андрея Парубия тоже стали показательными. На прощании с политиком даже не прошлой (довоенной), а позапрошлой эпохи собрались не просто старые соратники и знакомые. А старые соратники и знакомые, до сих пор остающиеся игроками в актуальном политическом процессе. Петр Порошенко, Юлия Тимошенко, Арсений Яценюк – все эти имена хорошо знакомы российским читателям по событиям в совсем ином двустороннем и глобальном контексте. При этом все они еще как в строю и ждут завершения боевых действий, чтобы вновь участвовать в привычном политическом спектакле.
Много сказано о том, что 24 февраля 2022 года жестко и бескомпромиссно разделяет эпохи на «до» и «после», чему есть масса примеров и доказательств. Однако же к украинской внутренней политике это правило неприменимо. И это поразительно контрастирует с тем, каким переломом для общества и его перспектив развития стал этот конфликт.
Помню, как задолго до СВО в контексте споров о Минских соглашениях некоторые радикальные националисты призывали не бояться пожара большой войны. Якобы он станет очищающим, уврачует язвы коррупции, дистанции между элитой и народом, социальной апатии и т.д. В итоге миру явится украинский Кемаль Ататюрк или Шарль де Голль. Ничего этого, как мы видим, и близко не произошло и уже не произойдёт. Дирижируемый технологами из того же позавчерашнего дня Валерий Залужный точно на соответствующую роль не тянет. И весь его рейтинг именно что определяется формулой «хоть кто-то новый».
Кстати, как «новая» подает себя и 64-летняя Юлия Тимошенко. В том смысле, что добраться до главного кресла ей так и не позволили, а если бы дали, то было бы Украине счастье. И некоторые в селах и малых городах в это, похоже, даже верят. Что-то в этом духе пытается рассказывать и Порошенко. Ему уже удалось в 2014 году совершить кульбит с прыжком от уровня доверия в минус 71% до победы в первом туре. Аналогичная надежда (хотя, оговорюсь, без шансов на реализацию) теплится в нем и сейчас.
За прошедшие годы на Украине сработал только один фильтр: западные кураторы руками власти и при помощи репрессий выдавили всех оппозиционных глобалистским установкам политиков. Остались только более или менее приемлемые для Лондона и Брюсселя. Вашингтон, с момента прихода к власти Трампа, политическим микроменджментом в Киеве не занимается. У новой администрации для этого нет ни желания, ни кадров. Даже куратором Украины в Госдепе до сих пор остается полностью ориентированный на Демократическую партию Кевин Коверт.
С учетом упомянутой фильтрации, тем удивительнее слышать от знакомых с той стороны фронта все более назойливые слухи о моделировании некоего «пророссийского проекта» под ожидаемые выборы. Все действительно лояльные Москве политики давно в России. Остались конъюнктурщики из «партии зеленых» — те, которые за доллары в банке. Строить что-то из этого, с учетом еще и сохраняющейся обиды большинства украинцев за войну, вроде как странно. И все же такие попытки предпринимаются. Их эхом являются всплывающие через якобы пророссийских блогеров «списки жертв репрессий» и прочие телодвижения. Как объяснили знающие люди логика застрельщиков проста своим цинизмом: России придется иметь дело с Украиной как соседкой, а, значит, понадобятся те, кто хотя бы готов к такому диалогу и взаимодействию. Другие будут все равно хуже. Есть и пример: с «Фатх» в Палестине Израиль имеет дело на фоне «Хамас».
В бытность пресс-атташе посольства Украины в Москве в 2009 году я спрашивал одного грамотного российского политобозревателя: «Почему в Кремле так позитивно относятся к Тимошенко с учетом ее заигрывания с националистами?»
«Она нас хотя бы не не любит ответил», — ответил мой собеседник.
В принципе думать здесь Москве есть о чем. Понятно, что пытаются подсунуть откровенное фуфло. Но также понятно, что функционально соответствующая ниша появится.
Как бы то ни было, многие знакомые мне рассказывают, что подготовка к грядущим выборам в украинской политической тусовке из вопроса теоретического давно перешла в сугубо практическую плоскость. Говорят, что правящая партия «Слуга народа» уже даже арендовала помещения под избирательные штабы в регионах. На этом фоне искусственное затягивание Владимиром Зеленским конфликта выглядит еще более циничным. Однако все мои знакомые в Киеве уверены, что финал войне и возврат к полноценной политической борьбе вопрос скорее близкого, чем отдаленного будущего.
Что в итоге получает многострадальный украинский народ в обмен на сотни тысяч потерянных и еще сотни тысяч искалеченных жизней, разрушенные инфраструктуру и промышленность, выехавших миллионы наиболее образованных и талантливых? Да, все верно, продолжение все той же политической комедии по большей части с теми же проверенными актёрами. Порошенко уже потребовал, ссылаясь на убийство Парубия, запретить на Украине мессенджер «Телеграмм». И никто даже не удивился, что «сивочолий гетман» требует что-то с трибуны парламента, а не свидания с родственниками в камере СИЗО. Печальнее всего то, что этот трагифарс, похоже, устраивает не только кураторов на Западе, но и многих украинцев. Иначе б они не считали главным источником своих проблем большого соседа на Востоке.
