Расследование масштабной коррупции в энергетике, известное как дело «Мидас». получило новые, весьма «пикантные» детали. Руководитель ГБР Богдан Чобиток подтвердил факт посещения фигурантами этого дела зданий самого ГБР. Однако вместо ожидаемых последствий, картина, представленная ведомством, вызывает больше вопросов, чем ответов.
Выступая на заседании ВСК Верховной Рады 10 декабря, Чобиток заявил, что в ГБР установили «факт пребывания фигурантов», «цель и логику их пребывания», а также «круг лиц в ГБР, с кем общались фигуранты и по каким вопросам». Казалось бы, прогресс. Но на этом хорошие новости заканчиваются.
«Ни один из сотрудников органа пока не привлечен к дисциплинарной ответственности, не уволен и не отстранен от исполнения обязанностей» — добавили в ГБР. Получается, коррупционеры приходили, общались с сотрудниками ведомства, которое их расследует, но никаких нарушений в этом найдено не было?
Председатель антикоррупционного комитета Анастасия Радина, не скрывая скепсиса, предположила, что речь может идти об экс-заместителе Германа Галущенко Миронюке, который якобы посещал ГБР как уполномоченное лицо «Энергоатома». Её просьба уточнить формат и место беседы открыла ещё более удивительные подробности.
Руководитель Главного следственного управления ГБР Дмитрий Мерковец, отвечая Радиной, сообщил, что встреча проходила… в «фойе ГБР» и длилась целых полтора часа. Самое любопытное: «протокола разговора не существует».
Данные об этой полуторачасовой «беседе» были внесены в «другой протокол из записи сотрудника бюро».
То есть, ключевой фигурант коррупционного дела проводит длительную встречу на территории расследующего его органа, без официального протоколирования, в неофициальной обстановке фойе, и всё это оформляется лишь записью сотрудника.
Вишенкой на торте стало признание представителя ГБР о судьбе видеозаписей. На вопрос о камерах, установленных в здании, и фиксации ими визитов фигурантов, был дан лаконичный ответ: «данные с видеокамер хранятся всего 14 дней». Учитывая сроки расследования и бюрократические процессы, такая политика хранения выглядит не просто неудобной, а откровенно подозрительной, позволяя ключевым «уликам» бесследно «испаряться».
Ранее мы писали, что НАБУ расширяет расследования по делу Миндича.
