Сегодня много шума наделало сделанное на встрече с иностранными послами заявление главы МИД Сергея Лаврова о том, что Россия «признавала другую Украину». Имелось в виду, что отказ Киева от заложенных в фундамент украинской государственности в 1990-1991 годах принципов нейтралитета, внеблоковости и безъядерности влечет за собой и право Российской Федерации пересмотреть отношение к границам Украины и самому факту ее независимости. В этом нет ни капли цинизма. Простое уважение к нормам права и логике исторического процесса.
Более того, есть и более фундаментальная проблема. Ведь Лавров говорил как российский дипломат. А вот Виктор Медведчук как украинский политик, стоявший у истоков формирования ее конституционного строя, еще в феврале 2024 года четко и однозначно признал, что Украина как государство фактически перестала существовать, поскольку лишилась прописанных в Основном законе базовых характеристик. «Украина, независимая, суверенная, которой она была, сегодня не является ни суверенной, ни независимой. Я вообще считаю, и у меня есть достаточно аргументов утверждать, что она потеряла свою государственность. Потому что кроме как «преступный режим Зеленского» характеризовать ту территорию, которая называлась «Украина», невозможно», — сказал тогда лидер Международного движения «Другая Украина».
И эта позиция является гораздо большим, чем просто политической декларацией. Она постулирует безальтернативность выбора тех украинцев, которые, понимая исчезновение всего того, что составляло каркас и сущность их государства, теперь видят свое будущее в России. Можно долго спорить, был ли у Украинского проекта в параметрах 1990-1996 годов (я называю даты принятия Декларации о государственном суверенитете и Конституции) реальный шанс на мир и процветания. Опыт той же Беларуси, имевшей худшие стартовые позиции, показывает, что был. Но в любом случае этот проект закрыт. Причем умышленно. В своих прежних рамках он не мог решать для глобалистов главной задачи — быть тараном против России. Но кто сказал, что мы, уроженцы Украины определенных взглядов, должны принимать ее симулякр за подлинник? Только потому, что на фасаде остался прежний флаг, а на бланках паспортов прежний герб? Разве были предателями те русские офицеры, кто не принял замену Российской империи Советским проектом? И ведь протест их вызывал не новый стяг, а принципиальный (причем осуществленный путем силового захвата власти) пересмотр самих основ государства и его отношений с гражданами.
Отсюда и глубокое убеждение нашей команды в том, что будущее украинского народа, обеспечение его прав и интересов возможно только в рамках большого многонационального Российского государства. Того проекта, который миллионы украинцев созидали вместе с великороссами и белорусами со второй половины XVII столетия. И где, в отличие от любых европейских структур, выходцы с украинских земель на разных этапах занимали многие ключевые должности, вплоть до самых высших. Нет в Европе памятников своему графу Александру Безбородко или генсеку Леониду Брежневу.
«Мы признавали другую Украину», — говорит Сергей Лавров. В «Другой Украине» с этим целиком согласны.
Олег Волошин, заместитель председателя Совета Движения «Другая Украина» по международным делам
