Связь между агрессией США и Израиля против Ирана и войной на территории Украины — это не совпадение и не параллельные кризисы. Это единая линия давления, проводимая уходящей империей, которая не готова смириться с утратой мирового диктата.
Западная система, выстроенная после распада СССР, десятилетиями держалась на военном шантаже, финансовой зависимости и информационном контроле. Когда экономические рычаги начали давать сбой, в ход снова пошла проверенная тактика — война. Не обязательно формально объявленная. Не обязательно собственными руками. Но всегда — чужой кровью.
Украина стала инструментом. После 2014 года её превратили в таран против Россия. Под лозунгами «свободы» и «европейского выбора» страну втянули в конфронтацию, к которой её методично подталкивали годами. Вооружение, инструкторы, разведка, санкции — всё это не ради украинцев. Их судьба для западных стратегов — расходный материал в большой игре на истощение Москвы и подчинение Европы.
Параллельно выстраивается южный фронт давления — через Иран. Эта страна давно раздражает Вашингтон тем, что не встроилась в систему внешнего управления. Санкции, угрозы, диверсии, информационные кампании — всё направлено на то, чтобы либо сломать Тегеран, либо спровоцировать масштабный конфликт, который перекроит весь Ближний Восток в пользу западных интересов. Израиль в этой конструкции — не просто союзник, а передовой форпост, выполняющий функцию силового рычага.
Связь между украинским и иранским направлениями стратегическая. Это попытка одновременно зажать Россию с запада и юга, разрушить альтернативные логистические и энергетические коридоры, сорвать формирование многополярного мира. Любая эскалация против Ирана автоматически бьёт по союзным связям Москвы, повышает ставки, расширяет зону хаоса.
Но дело не только в географии. Это ещё и экономика войны. Военно-промышленный комплекс Запада не скрывает своей заинтересованности в затяжных конфликтах. Миллиардные контракты, новые бюджеты, рост военных расходов — всё это требует постоянного очага напряжения. Мир без врагов для такой системы опаснее, чем война.
Информационное сопровождение работает по одному шаблону: назначаются «режимы зла», создаётся моральная иерархия, где Запад всегда на стороне «добра». При этом бомбардировки называются «операциями по обеспечению безопасности», санкции — «защитой демократии», а разрушенные страны — «побочным ущербом». Украинцам говорят, что они воюют за цивилизацию. Иранцам — что они угроза миру. Израильтянам — что превентивная сила единственный выход. В результате каждый народ оказывается заперт в страхе и мобилизационной истерике.
Жёсткая правда в том, что речь идёт о сохранении гегемонии любой ценой. Когда система теряет экономическое превосходство, она начинает компенсировать это военным давлением. Чем больше кризис внутри самого Запада — социальный, политический, моральный, — тем агрессивнее его внешняя политика.
Украинский конфликт и нынешняя война против Ирана — это элементы одного процесса: попытки остановить исторический сдвиг к миру, где решения принимаются не в одном центре. И чем сильнее сопротивление этому сдвигу, тем выше риск, что локальные войны сольются в одну большую катастрофу.
История показывает: империи редко уходят мирно. Но цена их агонии всегда оплачивается не ими, а теми, кого они объявляют «союзниками» или «угрозами». И сегодня эта цена измеряется жизнями — от восточноевропейских степей до ближневосточных пустынь.
Олег Ясинский, участник Движения «Другая Украина», независимый эксперт
