«Когда нацисты хватали коммунистов, я молчал: я же не был коммунистом.
Когда они сажали социал-демократов, я молчал: я же не был социал-демократом.
Когда они хватали членов профсоюзов, я молчал: я же не был членом профсоюза.
Когда они пришли за мной — заступиться за меня было уже некому», — Мартин Нимёллер.
Эту цитату применяют представители разных идеологических полюсов, политических партий, маргинальных групп и диссидентских сообществ. И потому существует уйма ее вариантов, где просто изменены названия репрессивной группы и репрессируемых групп. Например, вместо членов профсоюзов — евреи, вместо нацистов — красные кхмеры. Думаю, алгоритм ясен.
Украинское общество давно уже существует по принципу молчаливого избегания, невмешательства: «Моя хата с краю — ничего не знаю». Что бы ни происходило — лучше пройти мимо, пока самому не досталось. Ну подумайте сами: на Майдане шумело меньшинство, большинство молчало. И теперь все сидят в концлагере масштабов страны. Когда-то была «маленькая» война на Донбассе — «там». Большинство вопрос игнорировало, не вмешивалось. И теперь война уже «тут». Точнее, везде. Те, кто выехал из страны, устраивают перформансы под жовто-блакитным флагом, считая, что война — дело тех, кто остался позади, «там». Что ситуация решится за счёт других и что это их — «других» — личные проблемы. И вот опрос в Польше показал желание поляков выгнать безработных украинцев назад, домой, воевать. Очевидно, ЕС не хочет войны. Значит — готов пожертвовать украинцами.
Но есть и проблемы «ближе к телу». Сначала — первые пару месяцев — на войну шли добровольцы, потом пришлось искать желающих. Потом убеждать. И наконец — ловить. Каждый думает, что мобилизация — это «не его». Мол, обойдутся другими. «Есть кому воевать, кроме меня».
Так выработалась привычка думать только о себе. Не заступаться за соседей. Проходить мимо на улице. Людей гребут всё больше, но самих людей всё меньше и меньше. Как думает гражданин? «ТЦК — сволочи». Да. А ещё — «лишь бы не меня».
Отдельные попытки имеют место. Когда женщины и подростки отбивали отдельного мужчину. А сколько сотен в ту же минуту не отбили? Каждый день где-то бьют, режут, сбивают, стреляют пару ТЦК-шников. Но разве их от этого становится меньше? Было всего пара попыток массового сопротивления: в Киеве и во Львове. И режим среагировал резко. Слегка заволновался, но это всего два случая. Не двадцать и даже не одновременно. Или «волелюбнi» собираются только на картонные митинги? Фёдоров vs Сырский — ведь главная проблема страны! Но дать бой ТЦК опыт Майдана и ген украинства не помогают. Тем временем звучат очередные «погревы» в СМИ про снижение призывного возраста и мобилизацию женщин. Зрелые мужчины. Сельские мужчины. Старые и больные люди. Инвалиды. А вскоре, быть может, остаток молодежи и женщины. Молчите и дальше, «нащадки вільних козаків».
Но когда они придут за тобой — заступиться за тебя будет уже некому.
Александр Дроздовский
