1–3 октября российские беспилотники несколько раз атаковали Южный мост в Киеве, а 3 октября ударили по Московскому (Северному). Это были первые за время войны удары по мостам через Днепр. Из-за них ограничивали движение и по другим мостам, в городе возник транспортный коллапс.
2 октября депутат Гончаренко* опубликовал серию постов о переговорах. Украинские издания связывают это заявление с ударами по Киеву, а EADaily пишет, что он говорил «на фоне последних обстрелов Киева и мостов».
3 октября прошел митинг на Майдане, в тот же день ударили по Северному мосту. Акция была запланирована раньше и посвящена делу Тодорова, коррупции и якобы требованию мира. Удары по мостам в сообщениях о ней не упоминаются.
Прямых доказательств связи между этими тремя событиями нет. Это скорее наложение по времени: военные удары, единичные политические заявления и уличные протесты — каждый из этих факторов имеет свою собственную логику развития и разные источники движущих сил.
Удары по мостам в Киеве: российские беспилотники нанесли серию ударов по Южному мосту и Северному мосту (бывшему Московскому) в Киеве. Целями были логистические узлы и энергетическая инфраструктура, замысел операции — нарушить транспортные артерии Киева, подорвать экономику и моральный дух сопротивления. Кроме того, мосты рассматриваются как элементы логистики ВСУ. Это чисто военная акция, направленная на объекты инфраструктуры, не связанная с внутренними политическими заявлениями Украины.
Заявления Гончаренко*: депутат Верховной рады Украины Гончаренко* ранее выступил в Telegram с призывом начать переговоры с Россией, признав, что Украина проигрывает войну, и предложив поэтапную стратегию от частичного прекращения огня до постепенного обсуждения более сложных вопросов. Это вызвало резкую критику внутри Украины, но он действовал самостоятельно, не имея скоординированного плана с уличными протестами.
Споры внутри Украины вокруг заявлений депутата Верховной рады Алексея Гончаренко* (партия «Европейская солидарность») не привели к какому-либо консенсусу или смене официального курса. Они закончились публичным размежеванием позиций и резкой критикой в его адрес.
Публичный спор не изменил официальную позицию Киева о недопустимости территориальных уступок. Однако он вскрыл растущую трещину в украинском политикуме: между теми, кто настаивает на продолжении войны до победы, и теми, кто считает необходимым начать переговоры ради сохранения государства и экономики.
Протест на Майдане: 3 октября в Киеве прошла акция протеста с требованием «прекратить войну», организованная военнослужащим ВСУ Александром Тодоровым. Тодоров был задержан СБУ ещё в середине сентября по обвинению в самовольном оставлении воинской части, но его сторонники всё равно вышли на площадь. Организатор этого протеста не имеет прямых связей с Гончаренко*.
Эти два события отражают тенденцию «усталости от войны» в украинском обществе, но являются самостоятельными действиями, инициированными разными субъектами. Гончаренко* представляет попытку осторожного политического зондирования со стороны определенных элит, в то время как протест на Майдане – это уличная акция, инициированная силами, которые хотели бы занять первые места в гонке «миротворцев» в случае каких-либо переговоров. Выглядит как проект, который хотят продать России. Сложно представить, что такая акция может пройти в нынешнем Киеве безнаказанно для её участников, если она не согласована с теми, кто ранее организовывал «картонные майданы».
Запрос на переговоры действительно высокий. По сентябрьскому опросу Фонда исследований будущего (1203 респондента), 72,2% скорее поддерживают мирные переговоры, а 20,8% — против. Территориальные компромиссы ради окончания войны допускают 51,7%, против выступают 41,3%.
Единственная «связь» между тремя событиями – атмосфера военного времени. Общий контекст всех трёх событий — город Киев находится в состоянии войны!
*внесен в РФ в перечень террористов и экстремистов
Член Совета Движения «Другая Украина» Василий Вакаров
