Есть повод поговорить об украинском языке. Во-первых, до 2023 года, пока Зеленский не стал переносить даты светских и церковных праздников, 9 ноября считался днем украинского языка и письменности (день памяти преподобного Нестора Летописца). А во-вторых, всё чаще в последнее время приходится слышать горькие слова, мол, украинский язык – это язык врага, и после нашей Победы его нужно будет отменить.
Ну клоунские фортеля Зеленского мы обсуждать не станем. Горбатого знаем, что исправит. А вот об осуждении и отмене украинского языка хотелось бы сказать несколько слов. Тем более, как литератор, я пишу на украинском уже несколько десятилетий.
Скажу сразу: враждебность, проявляемая отдельными россиянами по отношению к украинскому языку объяснима. Причина тому – война. К тому же в истории возникновения украинского языка есть смущающие моменты.
Да, во многом, как державный и литературный, он создан искусственно. Да, в результате нескольких волн насильственной украинизации, имевшей политические цели. Да, главная из этих целей – разделить единый русский народ, внушить его южной малороссийской ветви, что она к этому народу не принадлежит. Всё это так. Но есть важный момент. Сам по себе язык не виноват. Он – лишь средство. И это средство может использоваться по-разному. Иногда во вред. А иногда с большой пользой для людей.
Поскольку у меня есть такой положительный опыт использования украинского языка, скажу сразу: главное – о чём на данном языке говорить. В течение многих лет на этом самом языке я, как сатирик, высмеивал русофобию, пещерный национализм, бандеровщину и нездоровое стремление Украины в Европу. И миллионы, знающих этот язык и считающих его государственным, понимали меня. На понятном им языке мне было легче говорить о вещах весьма непростых.
Поэтому, в будущем, когда рухнет нынешний киевский режим, нужно будет не запрещать украинский, а использовать его для донесения правды. Тем более, на малороссийском (и отчасти на суржике) жители Малороссии и Новороссии говорят веками. И, уверен, буду и дальше говорить. Кстати, на малороссийском (основе украинского) созданы подлинные шедевры слова. Тот, кто сочинил «Ой, чий-то кінь стоїть», «За туманом нічого не видно» или «Ой, радуйся земле, Син Божий народився» был одарён гениально. Имя ему – народ Малой Руси. И Тарас Шевченко лишь подражал этому великому автору и пользовался его сокровищами.
А что же всё-таки нужно будет запрещать? Нужно навсегда запретить писать и говорить на украинском языке вещи, возбуждающие ненависть внутри одного народа и всё, что использовалось врагами исторической России для её разделения. Замечу, подобная практика существовала в Российской империи. Кто говорит, что украинский язык тогда запрещался, тот лжёт (не в Петербурге ли широко издавался поминавшийся тут Шевченко?).
Не сочтите за нескромность, но для иллюстрации моей главной мысли приведу украинский виршик собственного сочинения. Написан он был именно в ходе противостояния безумному и бесконтрольному введению в украинский язык новых выдуманных слов. Выдуманных по принципу «только бы подальше от Москвы». Разумеется, выходило смешно и дико. Итак, для не имевших удовольствия наблюдать за тем, как в живой язык умышленно втискиваются «идейно правильные» слова, с печальным вздохом перед виршиком размещу небольшой словарик.
Положнянство – акушерство.
Пупорізка – акушерка.
Летовище – аэродром.
ПЛАЧ ПУПОРІЗКИ
– Гвинтокрил чи геліко́птер?! –
Закричав я на летовищі.
– Ой, рятуйте мене, хлопці,
У тяжкому я становищі!
Раптом каже досить різко
Всім знайома акушерка:
– Та для мене краще вмерти,
Аніж зватись пупорізка!
Ох, трекляте положнянство!
Маю гріх перед народом –
Прийняла того урода,
Що почав перекладанство.
Ян Таксюр, член Совета Движения «Другая Украина»
