Признаюсь, когда я смотрю на интеллигентного Владимира Ростиславовича Мединского, который садится за стол переговоров с украинской делегацией (полувоенные кепки, разухабистые, нагловатые повадки), всякий раз внутренне сжимаюсь.
– Друзья мои, не надо! – хочется мне крикнуть. – Они вас обманут! Не надо договариваться с нацистами. Ни с немецкими, ни с украинскими!
22-го июня 1941 года нацистский режим Германии начал войну против моей страны. Против моего народа.
Мой родной Киев бомбили. Потом оккупировали. Отец и два его брата ушли на фронт. Три брата матери также ушли воевать с фашистами. А мама, студентка киевской консерватории, уехала в Горький, где стала работать на военном заводе, выпускать танки Т-34.
Тем временем немецкий нацизм хозяйничал на моей земле. Хатынь. Бабий Яр. Выстрелы в затылок. Крики убиваемых.
И везде, среди колючей проволоки, рядом с европейскими хозяевами были те, кого сами хозяева презирали. Те, кто затягивал петлю и выбивал из-под ног скамейку. Люди с повадками хорька и волка. Полицаи. Бандеровцы.
Чем всё закончилось, мы помним. Нюрнбергский трибунал. Казнь нацистских преступников. Осуждение их идеологии как античеловеческой.
А что же их украинские подручные? Те, кто стрелял в стариков и детей. Как гады, они расползлись по миру. И затаились.
Прошли годы. И для разрушения нашей великой единой страны Большому Белому Господину снова понадобились расстрельных дел мастера. Точнее, их наследники и потомки.
И те, готовые прислуживать, заглушили наследственный трупный запах дорогим парфюмом, научились европейским языкам и вместе с братьями по ненависти из Львова и Киева явили на «майданах» свою звериную ухмылку, свою готовность убивать.
Они – такие же нацисты, как и те, кого судили в Нюрнберге. Только с приставкой «укро». У них та же ненависть. Нет, пожалуй, больше. Они не знают жалости. Они пресмыкаются, тайно презирая заокеанских хозяев. У них общий отец – диавол.
Сегодня они, со своими бандеровскими учителями, – герои новой Украины. И звериные ухватки у них – бандеровские. Они не знают, что значит, дать и держать слово. Они смеются в своих грязных душах над теми, кто хочет с ними договориться.
Они готовы, спасая свои шкуры, прикрываться детьми, школами, всеми живыми, кто ещё остался на Украине. Они захаркают и заплюют все договоры, подписанные с ними.
Ах, дорогой Владимир Ростиславович! С этими нельзя ничего подписывать. Возможно, вы заметили, на переговорах они прячут свои быстрые зыркающие глаза то ли хорька, то ли волка. То ли беса.
Их можно только победить. Силой оружия.
А потом судить. На Новом Трибунале. Чтобы весь мир это увидел. Чтобы каштановый Крещатик больше не осквернялся их дыханием. Чтобы погибшие наши деды на том свете не стыдились нас.
Сегодня, 22-го июня 2025 года, я говорю:
– Не верьте им!
С бесами нельзя ни на минуту примириться. Они не спят и не едят. Только ненавидят. И бросятся на вас, как только вы проявите малейшую слабость.
Беса украинского нацизма, как и тогда в 45-м, нужно уничтожить.
Наши деды и отцы смотрят на нас, повторяя лозунг первых дней Великой Отечественной:
– Враг будет разбит! Победа будет за нами!
Член Движения «Другая Украина» Ян Таксюр
