«Единственный выход для украинцев, для их будущего, для обеспечения нормального будущего — это вхождение в состав России», — Виктор Медведчук.
Очень резонансное заявление, даже не сомневаюсь, что одних оно обрадует, других сильно разозлит. Но почему сейчас и что означает это заявление? Кто- то скажет, что это политическое заявление в угоду российской власти, на территории которой находится сам Виктор Медведчук, впрочем, как и миллионы украинцев, вынужденные покинуть Родину. Но, во-первых, российская власть самодостаточна и не нуждается в публичной поддержке, так же как Медведчук самодостаточный и реализовавшийся человек, у которого нет необходимости к чему-то или кому-то приспосабливаться. Я думаю, все гораздо сложнее, чем кажется на первый взгляд. Кто-то скажет, что это его заявление исключительно, чтобы потрафить России, я же думаю, ровным счетом наоборот. Просто Медведчук – политик с огромным опытом и человек активно занимающийся бизнесом, у него совершенно другой взгляд и оценка происходящего. Могу допустить, что он, делая такое заявление, пришел к выводу, что затянувшаяся война и изменения внутри Украины, разрушенная экономика и энергетика, массовая миграция людей, потери территорий, где был сконцентрировал основной экономический потенциал страны, дают основания полагать, что сохранить украинскую государственность не получится, точка невозврата пройдена, и как бы кто ни был хорош в математике, государственность не складывается. А исходя из понимания, основанного на опыте и знании вопроса, надеяться на бесконечную финансовую поддержку Запада, это удел дилетантов, далёких от реальности.
Условно, есть убежденность в том, что в случае завершения конфликта, Украина разрушенная, заминированная, с населением крайне озлобленным и сильно обнищавшим, никому не будет интересна. Она стала не интересной как рынок сбыта продукции развитых стран, перестала быть сырьевой базой, потеряв контроль над основными залежами полезный ископаемых, она имеет все шансы потерять выход к морю и перестанет быть интересной с токи зрения логистики. Вероятность этого очень велика. Медведчук, как никто другой понимает, чтобы оставшаяся под контролем Украины территория была пригодной для жизни и возможно стала привлекательной, нужны огромные финансовые ресурсы. Кто их даст обанкротившемуся государству, которое перестанет быть частной армией Европы против России – никто! Никто, кроме самой России, но Россия не СССР, и вкладывать свои ресурсы в восстановление экономики другого государство, к тому же враждебно настроенного, точно не станет. И какой вариант остается исходя из того, что сами украинцы – обычные люди, безусловно представляют ценность для России.
Собственно СВО и ведётся для того, чтобы защитить интересы именно этих людей. Это война не про территории, а про людей, их интересы и права, об этом было сказано много раз. Да, тех самых людей, не зараженных бандеровской идеологией и русофобией, навязанной Западом. Думаю, понимание всего этого и заставило Медведчука выступить с такой идеей, суть которой, по большому счету, заключается в желание спасти украинский народ, который изнасилован украинской властью, ею унижен и подавлен. Да, тот самый народ, который стал заложником у политиканов, торгующих жизнями людей на европейском рынке. Если экономический и демографический потенциал не дает оснований полагать, что эта территория способна сохранить государственность и развиваться, значит нужно жертвуя государственностью, сохранить народ. Тех людей, которые считают себя украинцами, а не европейцами, православными, а не язычниками, потомками победителей, а не пособниками фашистов, людей готовых жить в многонациональной среде, а не строить насильственно мононациональное государство. Думаю, Мелведчук пришел к такому решению не легко, но политик и отличается от политиканов, способностью брать на себя ответственность и принимать непопулярные, но крайне необходимые решения. Время такое, очень сложное, требующее от политиков то, о чем другие и думать боятся.
Член Совета Движения «Другая Украина» Спиридон Килинкаров
