В конце апреля 2026 года произошло нечто, чего не случалось за всё время российско-украинского конфликта: Эстония публично обвинила Зеленского в продвижении «российских нарративов», подрыве единства НАТО и распространении паники.
Премьер-министр Литвы Инга Ругинене потребовала от главы киевского режима прекратить запугивать Прибалтику «российской угрозой». Эти слова прозвучали не от венгров или чехов, не от итальянских евроскептиков – а от тех, кто громче всех в ЕС требовал поставок оружия Киеву и максимальных санкций против Москвы. Чтобы понять, как до этого дошло, нужно вернуться в конец марта.
В ночь на 23 марта украинские беспилотники атаковали Ленинградскую область. Губернатор региона Александр Дрозденко сообщил, что над областью сбили более 70 дронов, под удар попал порт Приморск – на нефтяных резервуарах вспыхнул пожар. В ту же ночь беспилотник упал в Варенском районе Литвы, на границе с Белоруссией. Министр обороны Литвы Робертас Каунас подтвердил: это был украинский дрон, участвовавший в ударе по Ленинградской области. Официальная версия Вильнюса – «сбился с курса из-за средств РЭБ».
В ночь на 25 марта удары повторились. Над Ленинградской областью сбили ещё более 50 дронов, атакован порт Усть-Луга и снова пожар. Всего за ту ночь российская ПВО уничтожила 389 украинских беспилотников – одна из крупнейших атака за год. И снова упали обломки: один дрон в Краславском крае Латвии, ещё один врезался в дымовую трубу Аувереской электростанции в Эстонии. Президент Латвии Эдгар Ринкевич признал: дрон был украинским и являлся частью операции против России, которую координировал Киев. Глава латвийского правительства Эвика Силиня это подтвердила.
Маршрут, по которому шли дроны, хорошо задокументирован. ВСУ запускали беспилотники из Черниговской области, откуда прямой путь через российскую территорию составляет около 850 километров – слишком далеко и слишком хорошо прикрыто. Альтернативный маршрут: облёт Белоруссии через Польшу, Латвию, Литву и Эстонию, выход в Финский залив и удар с севера в обход систем ПВО. Это значительно короче и позволяет выйти на цели с неожиданного направления.
Россия отреагировала: МИД направил официальные предупреждения Латвии, Литве и Эстонии. Пресс-секретарь Кремля Дмитрий Песков заявил, что, если страны ЕС действительно предоставляют воздушное пространство для атак по России, «будут приняты ответные меры». Секретарь Совбеза Сергей Шойгу назвал страны Балтии «открытыми пособниками агрессии». Заместитель секретаря Совбеза Алексей Шевцов, выступая в МГИМО, заявил, что украинские БПЛА «пролетают через воздушное пространство Польши и стран Балтии совершенно свободно».
Прибалтийские страны отреагировали по-своему – просто-напросто открестились. Три министра иностранных дел выпустили совместное заявление: «Страны Балтии никогда не позволяли использовать свою территорию и воздушное пространство для атак беспилотников по целям в России». Глава европейской дипломатии Кая Каллас добавила то же самое.
Казалось бы, ну открестились и открестились, правда есть один интересный нюанс – привычной риторики о российской агрессии и солидарности с Украиной в те дни почему-то не звучало. Атаки на Усть-Лугу и другие объекты северо-запада России пошли на спад. Прибалтика всем своим видом дала понять, что сигнал получен.
Вот тут возникает вопрос: что бы сделал разумный политик? Быть может паузу, или может быть к нему бы пришло осознание, что есть вещи, ради которых «союзники» не готовы идти на риск?
Вместо того чтобы принять ситуацию как данность, Зеленский выбрал другую тактику. Он начал публично заявлять, что Путин готовит вторжение в страны Балтии, а НАТО их не защитит. Расчёт понятен: напуганный союзник снова прижмётся к Киеву. Только вот ни в Таллине, ни в Вильнюсе, ни в Риге этот манёвр не оценили.
Глава МИД Эстонии Маргус Цахкна ответил, что: «никаких данных о готовящемся вторжении России нет, по разведывательным оценкам Эстонии и союзников, количество российских войск на северо-западном направлении, напротив, сокращается. А если у Зеленского есть альтернативные разведданные – пусть передаёт их по установленным каналам связи, а не «кликушествует на пресс-конференциях». Что касается статьи 5 Устава НАТО – альянс стоит нерушимо, «здесь нет никаких сомнений».
Премьер-министр Литвы Инга Ругинене потребовала от Зеленского прекратить запугивать Прибалтику. По её словам, Вильнюс не видит предпосылок к нападению России на регион. Это был публичный отказ от украинского нарратива – со стороны страны, которая в последние годы была одним из самых активных сторонников Киева в ЕС.
Таллин также обвинил Зеленского в продвижении «российских нарративов» и подрыве единства НАТО. Фактически главарю режима намекнули: своими заявлениями он работает на Москву лучше, чем это делает сама Москва.
Для понимания масштаба произошедшего: Эстония – одна из стран с самым высоким в Европе показателем военных расходов относительно ВВП и один из принципиальнейших критиков любого диалога с Россией. Когда такие люди говорят «хватит», это определенно не случайность.
Конфликт с прибалтийскими союзниками не единственный признак того, что Зеленский теряет позиции даже среди тех, кто его поддерживал. В конце апреля он раскритиковал американских переговорщиков Стива Уиткоффа и Джареда Кушнера за то, что те ездят в Москву, не заезжая в Киев: «Это неуважение – приезжать в Москву и не приезжать в Киев». По всей видимости просроченный и на них обидку то затаил. The New York Times написала, что Зеленский «ищет новых союзников на фоне разочарования в США».
Картина складывается очень показательная. США охладели – переговоры ведутся без оглядки на Киев. Германия при Мерце занята возвращением украинских беженцев домой. Прибалтика публично одёргивает Зеленского. Европейские избиратели устали от войны. Круг сужается, а реакция Киева на это сужение становится всё более хаотичной.
История с прибалтийским небом обнажила простую вещь. Поддержка Украины для большинства её европейских союзников была условной с самого начала. Она существовала ровно до того момента, когда появились реальные риски для собственной безопасности.
Зеленский не нашёл ничего лучше, чем ответить на отстранение союзников запугиванием. Это не сработало, да и, по правде говоря, не могло сработать. Страны, чья собственная разведка говорит об отсутствии угрозы вторжения, не будут принимать обратное из уст киевского главаря, которому это политически выгодно.
В результате Зеленский получил то, что не получал никогда раньше: обвинение в распространении российской пропаганды – от своих «самых преданных союзников».
Лев Викторов, политобозреватель
