Сербский аналитик Слободан Самарджия в популярной газете своей страны «Политика» изложил некоторые тезисы по поводу его видения будущего Украины. Основные из них:
1. Украина будет разделена на две сферы интересов, как это было с Германией после Второй мировой войны.
2. Восточная часть Украины под контролем России станет более процветающей, чем её запад, который останется под контролем США и Европы.
3. Проблема бывшей советской республики Украина «больше не обусловлена конкуренцией капитализма и социализма. Обе идеологические стороны выбрали прагматичность, к которой их толкает нехватка важного сырья, продовольствия, энергоносителей».
Несмотря на очень внятное, логичное и доступное изложение этих идей, думаю, что сербский аналитик изначально исходит из ошибочного постулата о «прагматичности», который и был одним из основных элементов идеологических манипуляций властью населения в период «перестройки», что и положило начало пути к нынешней трагедии. Самая идеологическая из позиций – заявлять о «конце идеологий» (или как американский социолог Фрэнсис Фукуяма, о «конце истории»), чтобы очистить дорогу идеологии-победительнице, для невежд провозгласившей себя «прагматизмом». Потому что, если рассматривать историю исключительно с позиций прагматизма реальной капиталистической модели, необходимо срочно сокращать социальные, образовательные и медицинские программы, чтобы сократить население стран согласно интересам и потребностям рынка, провозглашенного верховным божеством неолиберальной «аполитичной» политической идеи. Думаю, это такое же лицемерие и манипуляция, как и известные презрительные рассуждения чилийского диктатора Аугусто Пиночета о «политиках», некоторые из которых и поручили ему эту роль и эти речи, с целью деполитизации быдла, чтобы полегче и побыстрее загнать его в привычные стойла.
Поэтому я бы не сводил нынешний трагический конфликт исключительно к борьбе за ресурсы. Происходящее – полноценная гражданская война внутри одного народа, в которой участвуют, как это всегда бывало в истории, многие внешние игроки и интересанты. Внутри войны гражданской – сразу несколько слоёв расслоения: первый и наиболее очевидный как-раз именно идеологический, и в его рамках до сих пор продолжаются старые споры о месте в мировой истории СССР и США. Грубо говоря – просоветский «ватный» восток и прозападный «бандеровский» запад страны, и если для кого-то этот конфликт не идеологический – он не понимает значения слова «идеология». Я думаю, что не менее, чем за ресурсы, идет борьба за контроль над территорией огромной исторической памяти нашего народа, той памяти, которая всегда кость в горле в глотке наших врагов. Это конфликт между зияющей бездуховностью системы и правом человека на достойное место в мире, где не всё измеримо биржевыми цифрами, макроэкономическими показателями и безответственным и безумным уровнем потребления ненужных вещей.
Мне кажется, что Слободан Самарджия рассматривает нашу кровоточащую сегодня историю как некий подвластный ему элемент. Опираясь исключительно на известные стереотипы прошлого, он пытается спроецировать эти схемы на будущее, не замечая, что глобализация коснулась не только высоколобых политиков, но и активно размножающихся нацистов, которые уже много лет ставят конкретные военные планы.
Разделение стран по идеологической границе (и это не только Германия, но и Корея, Вьетнам, Йемен и некоторые другие) было возможно в период четко определившегося идеологического противостояния между странами и было малоприятной, но довольно надёжной формулой сохранения равновесия и паритета в тогдашнем мире постоянной «холодной войны». Мне кажется, вопрос следовало бы переставить: насколько возможно разделение стран в нынешних условиях мировой войны с государством как таковым? Я думаю, что процветания стран в духе недавних телевизионных мифов не будет. Это «процветание» являлось кратчайшим путём к самоуничтожению человечества путем приема любых иллюзий, медикаментов, наркотиков и навязываемых медийной властью пропагандистских клише.
И если совсем честно, мне не очень важно, под какими флагами может оказаться завтра та или иная часть Украины. Куда важнее было бы знать, как быстро и какой ценой мы, человечество, научимся перестать себя втягивать в чужие войны, единственная цель которых – наше разрушение.
Участник Движения «Другая Украина» Олег Ясинский
